Эмоциональная грамотность — фундамент, которого не хватает
Миссия: сделать эмоциональную грамотность нормой, а не привилегией
Было время, когда читать и писать умели единицы. Грамотность считалась привилегией — для духовенства, для знати, для тех, кому «положено». Остальные обходились без неё, и общество как-то работало. А потом, в какой-то момент, грамотность перестала быть роскошью и стала нормой — тем, без чего человек считается недоделанным в базовых вещах.
С эмоциями сейчас происходит ровно то же самое, только мы находимся в самом начале этого пути. Умение распознавать свою эмоцию, не путать её с фактом, не выплёскивать на первого попавшегося — этому нигде не учат: ни в школе, ни дома, ни на работе. Мы поголовно эмоционально безграмотны — и не замечаем этого, потому что безграмотны в этом все вокруг.
Сила короткой фразы
«Землю — крестьянам! Фабрики — рабочим!» Эти несколько слов подняли миллионы людей — не потому что были глубоким трактатом, а потому что попадали точно в нерв момента, коротко и без обиняков.
«Миссия: эмоциональная грамотность» — попытка того же самого приёма, только с другим содержанием. Не про землю и фабрики, а про то, что на самом деле управляет и семьями, и фабриками, и странами — про эмоции, которые мы носим непроработанными и не осознаём.
Семья
Большинство семейных скандалов — не про факты, а про непроработанные эмоции, которые ищут повод выплеснуться. Ребёнок разбил чашку — и в одной семье это повод для смеха, в другой — крик на весь вечер.
Если ребёнка отругать и накричать, родители невольно закладывают в него страх: «руки из одного места растут», «вечно всё роняешь». Ребёнок начинает бояться что-то делать — и от этого страха действительно начинает делать всё хуже, будто подтверждая ярлык, который на него навесили.
Если же ребёнка просто успокоить — «ничего страшного, бывает» — у него не появляется страх сделать что-то не так. Он растёт любознательным и деятельным, потому что ошибка перестаёт быть поводом для паники.
Эмоционально грамотная семья не становится семьёй без конфликтов — но конфликт перестаёт быть единственным способом выпустить то, что накопилось. Удали негативные эмоции, которые вызывает этот конфликт, — и конфликты на этой почве сойдут на нет.
Коррупция
Здесь логика неочевидная, но, пожалуй, самая важная во всей статье.
Принято думать, что коррупция держится на страхе и жадности тех, кто её совершает. Отчасти так. Но куда сильнее её держит эмоциональное осуждение самого народа. Когда общество ненавидит, негодует, эмоционально борется с коррупцией — оно тем самым вкладывает в это явление свою эмоциональную энергию. По сравнению с гневом народа, страх и жадность коррупционеров — ничто. А по тому же закону единства и борьбы противоположностей — то, с чем мы боремся эмоционально, увеличивается. Именно поэтому во власть снова и снова приходят новые потенциальные коррупционеры — общество само, через осуждение, поддерживает приход к власти тех, кто будет брать и давать.
Не случайно во всех видах единоборств учат сохранять безэмоциональность по отношению к противнику. Боец, позволивший себе ненависть или страх перед соперником, тем самым отдаёт ему часть своей силы. Тот же принцип работает и в масштабе целого общества.
Образование и любая другая сфера
Похожая картина с учителями, врачами, чиновниками — с любыми «плохими» и «разгильдяями», которых принято обсуждать и осуждать. Учитель не становится лучше от того, что его осуждают — он становится хуже: то, на что направлено негативное внимание, ухудшается, то, на что направлено позитивное — улучшается.
Виктор Степанович Черномырдин однажды сказал: «Хотели как лучше, а получилось как всегда» — имея в виду, что получилось, как обычно, плохо. Так случается почти всегда, когда пытаются «исправить» плохое напрямую, вкладывая в него внимание, усилия, а вместе с ними — раздражение и возмущение.
В 2013 году я слушал лекцию Владимира Тарасова, где он задал слушателям такой вопрос: в компании есть отличные работники, хорошие, и никуда не годные, от которых скорее вред, чем польза. Что бы вы сделали, будучи руководителем? Первая мысль, которая приходит почти всем, — уволить плохих. Но это неверное решение: на освободившееся место придут другие, порой ещё хуже. Правильный путь — не концентрироваться на слабых сотрудниках, а заниматься сильными: почему они работают хорошо, чего им не хватает, чтобы стать ещё лучше.
В данном контексте, нужно обращать внимание на тех, кто уже интересуется темой улучшения своей жизни с помощью различных тренингов, ищет пути улучшения своей жизни. Жизнь начнёт меняться в лучшую сторону во всём мире.
Улучшать хорошее, принимая плохое таким, какое оно есть, без эмоциональной борьбы с ним — тогда плохое, лишённое подпитки нашим вниманием, само сдувается и сходит на нет. Об этом же — старая поговорка: «В семье не без урода».
Войны и утраты
Постепенно, по мере роста эмоциональной грамотности, сходят на нет и войны. Не потому что исчезнут разногласия между людьми и странами, — а потому что люди научатся принимать факты своей жизни, какими бы тяжёлыми они ни были. В том числе — самое трудное: потерю близких.
Принять — не значит перестать любить или обесценить утрату. Это значит не застревать в сопротивлении случившемуся, не нести через годы непрожитую боль. Горе, которое прожито и отпущено, оставляет место для памяти и благодарности за то, что было. Горе, которое годами отвергается и подавляется, продолжает искать выход — и, к сожалению, нередко находит его в новой вражде, передаваясь дальше, иногда через целые поколения.
Кто на самом деле движет миром
Технологии продолжат развиваться в любом случае — это происходит независимо от того, готовы мы к этому морально или нет. Но без эмоциональной грамотности моральная сторона жизни общества будет продолжать откатываться назад, даже пока технологии стремительно движутся вперёд.
Движущей силой и в одну, и в другую сторону — что к большей справедливости, что от неё — является не власть и не сами технологии, а народ. Именно коллективная эмоция — то, чему народ сопротивляется, что осуждает, а что принимает и поддерживает вниманием, — определяет, в какую сторону в итоге сдвигается общество.
Почему не тренинг за 30 тысяч
Логичный вопрос: если это так работает, почему не сделать из этого дорогой закрытый тренинг, как делает половина рынка инфобизнеса?
Потому что задача — не заработать на десятке людей, готовых заплатить много. Задача — чтобы как можно больше людей вообще узнали, что такой инструмент существует. Эмоциональная грамотность не станет фундаментом общества, если останется дорогой привилегией для немногих — точно так же, как обычная грамотность не стала бы нормой, если бы читать умели только те, кто мог оплатить личного учителя.
Поэтому книга, а не элитный курс. Первый шаг к более справедливому обществу — это не элитарность, а массовость.
